АТЭС: окно возможностей для Москвы и Канберры

19.03.12

АТЭС: окно возможностей для Москвы и Канберры

Эксперты МГИМО: Лузянин Сергей Геннадьевич, д.ист.н., профессор

Какая из стран-участниц Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества более всего подходит для российской адаптации в проекте? И возможно ли «точечное» вхождение РФ в АТЭС через партнерство с отдельными странами? Австралийский вариант в этом плане может оказаться перспективным.

Как и с кем лучше «прописаться» в АТЭС?

Для России вопрос союзников в АТЭС — далеко не формальный. С точки зрения сложившихся геополитических и двусторонних экономических российских приоритетов — это Китай.

Часть экспертов считают, что рассматривать все под «китайским углом» было бы не совсем верно. Китай (и с Россией и без нее) чувствует себя в проекте уверенно. Китайская же помощь российским предложениям может расцениваться как некое «одолжение», «услуга», которые нужно «отработать» в других сферах, где Россия в отличие от КНР имеет преимущества (например военно-стратегической).

Объективно близок к России Вьетнам. Но он связан определенными обязательствами как член группы АСЕАН, и структура его экономики значительно отличается от российской. Хотя углеводородное сотрудничество еще с советских времен (Совьетпетро) сохраняется на высоком уровне.

Специфика проекта АТЭС предполагает возможность создания небольших неформальных (2–3 государства) групп, объективно связанных (либо близких) по параметрам, структуре и задачам экономик.

«Рыхлость» и пестрота АТЭС объективно предполагает некие незаполненные ниши для двусторонней кооперации стран с близкими или однотипными экономиками, несмотря на то что каждая из сторон является участником тех или иных экономических или военно-политических проектов.

Австралия — «пара» для России

Если поискать российскую пару, то на просторах АТР она может выглядеть как «Россия — Австралия». А если к Австралии добавить Новую Зеландию, то может получиться неплохая экономическая комбинация. Неслучайно в январе 2012 года глава МИД РФ Сергей Лавров в ходе визита в Окленд заявил:

«Россия рассчитывает, что соглашение о зоне свободной торговли (ЗСТ) между Таможенным союзом (ТС) в составе РФ, Белоруссии, Казахстана и Новой Зеландией будет подписано уже до конца текущего года».

Понятно, что российский министр в этой же поездке не обошел и Австралию, где подчеркнул перспективы торгово-инвестиционной кооперации двух стран в высокотехнологичных отраслях (мирный атом, космос, информационные технологии), а также в сельском хозяйстве и горнорудной промышленности. Был также подписан меморандум о взаимопонимании между правительствами РФ и Австралии по сотрудничеству в Антарктике.

Подобный визит — не формально-технический. За ним просматривается стремление Москвы найти «новых равных» партнеров в ходе ее интеграции в рамках проекта АТЭС.

Австралия — типичный пример такого поиска. Экономики обеих стран больше товарно-сырьевые. Среди отраслей специализации прочно удерживают лидерство горнодобывающая, топливная отрасли и отчасти металлургия и машиностроение. Россия в последнее время все активнее выходит на мировой рынок зерна. Австралия уже давно экспортирует зерно и продовольствие в другие страны.

С одной стороны, оба государства в сфере углеводородов конкуренты. Нефть и нефтепродукты составляют 12,4% в общем экспорте Зеленого континента. С другой стороны, ключевые макроэкономические параметры Зеленого континента перекликаются с российскими.

Австралия по запасам железной руды занимает 2-е место в мире, она крупнейший экспортер угля, алюминия, меди, титана, руды, урана и алмазов. Находится в мировой пятерке производителей золота. Основные источники пополнения дохода происходят за счет продаж в КНР железной руды и других минералов, а также угля — в Японию.

Пекин и Токио являются потенциальными инвесторами австралийских энергетических проектов, включая производство сжиженного природного газа (СПГ). Очень похоже на Россию, не правда ли?

Австралийский опыт. Что может быть интересно России?

Членство в АТЭС уже позволило Австралии значительно расширить внутренний рынок, повысить жизненный уровень, включая систему здравоохранения, другие социальные сферы.

Страна фокусирует свои усилия на продвижении торговли услугами и товарами через создаваемую Азиатско-Тихоокеанскую зону свободной торговли (FTAAP). Подобный опыт был бы полезен при разработке транспортно-логистических схем АТЭС, ориентированных на транспортные коридоры России.

Однако наиболее близки страны в аграрных секторах. Именно здесь Россия может эффективно использовать австралийский опыт. РФ, несмотря на падение производства зерна в кризисные годы, сумела увеличить экспорт зерновых культур.

Сельское хозяйство России — один из важных ресурсов, который пока явно недооценен в общей стратегии развития. Австралия в этой сфере пока обходит Россию. Она является членом группы девятнадцати основных сельхозпроизводителей Латинской Америки, Африки и Тихоокеанского региона, созданной еще в 1960-е годы.

Ее голос при подготовке и проведении сельскохозяйственных реформ играет ключевую роль в переговорных процессах ВТО по сельскому хозяйству, включая вопросы сокращения субсидий и реального улучшения доступа австралийских сельскохозяйственных товаров.

Россия на данном направлении могла бы продвигать свои позиции в рамках группы (после завершения всех процедур вступления в ВТО). С другой стороны — попытаться в рамках АТЭС сформировать «свою» неформальную группу государств, которым было бы выгодно строить сельскохозяйственный бизнес, используя географические и транспортные преимущества.

Ресурсы сельского хозяйства и животноводства Сибири и Дальнего Востока, включая возможности на этом треке и Монголии (с использованием свободной зоны Кяхта — Алтан-Булаг), могли бы стать некой материальной и структурной основой этой неформальной группы из РФ, Монголии, Австралии. Возможно, к этой тройке подтянулась бы и Новая Зеландия.

Американские базы в Австралии — препятствие или стабильность?

АТЭС это не только экономика и торговля, но и большая политика. В российско-австралийской связке может появиться третья держава, не заинтересованная в развитии подобных связей. Речь идет о США — давнем стратегическом союзнике Австралии.

Часть экспертов, рассматривающих возможности российско-австралийской кооперации, добавляют еще и отрицательную реакцию Китая — стратегического партнера России — на возможные российско-австралийские «эксперименты».

Американский фактор на данном этапе доминирует. И именно он сможет сыграть негативную роль в укреплении связки Москва-Канберра.

Усиление военного присутствия США в Австралии, о котором объявил Барак Обама в рамках реализации стратегии «возвращения США в Азию», может стать одним из серьезных препятствий в реализации новых проектов АТЭС, включая и российско-австралийские планы. Однако всегда остается шанс развести экономику и политику. «Окно возможностей» для Москвы и Сиднея пока не закрыто.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: РГРК «Голос России»
Распечатать страницу