АТЭС: без российских энергоресурсов модернизация невозможна

26.03.12

АТЭС: без российских энергоресурсов модернизация невозможна

Эксперты МГИМО: Лузянин Сергей Геннадьевич, д.ист.н., профессор

Энергетическая тема на саммите АТЭС во Владивостоке осенью этого года может стать одной из ключевых, учитывая российские интересы и возможности.

Сможет ли российское руководство сделать такое «энергетическое предложение», от которого нашим партнерам будет трудно отказаться? И каков вообще набор российских «козырей», которые можно или пока преждевременно использовать в предстоящей «Владивостокской энергетической игре»?

Энергетическая безопасность. Европейский опыт неприемлем?

Существующая в рамках проекта АТЭС «Группа по энергетике» (Energy Working Group) явно не соответствует уровню возможностей России. Группа, как записано в документах, должна способствовать «реализации краткосрочных и долгосрочных мер по укреплению региональной энергетической безопасности путем расширения торговли ископаемыми видами топлива, более широкого использования возобновляемых источников энергии».

Весь вопрос в том — как трактовать «энергетическую безопасность»? Теоретически такая трактовка может быть направлена и против интересов РФ. Европейские прецеденты известны — энергетическая Хартия и бесплодная дискуссия с Европой о том, что Россия должна и чего не должна делать в транзитно-ценовой политике, российско-украинские «газовые войны» и пр. Учитывая европейские «нестыковки», на азиатских направлениях российским компаниям необходимо использовать «открытый» статус АТЭС, что позволяет более свободно обсуждать будущую структуру энергопотребления в АТР. Без навязывания нашей стране определенных схем и без одностороннего диктата потребителей.

Россия — купец. Как выгодно продать?

Россия сформировала мощный «энергетический пакет» услуг для стран АТР. В его основе разнообразные предложения от нефтегазовых, угольных, электрогенерирующих и горнодобывающих российских компаний. Этот пакет содержит весь спектр энергетических возможностей страны — от гибких цен, удобных маршрутов до долевого участия в разработке и разведке месторождений для наиболее перспективных партнеров.

Россия — это купец, который хотел бы более выгодно продать на предстоящей «ярмарке» так дорогой его сердцу товар. Но продать так, чтобы и себе прибыль и покупателю польза. Специфика энергетического сотрудничества предполагает долговременный характер и повышенную ответственность продавца. Особенно это касается атомной сферы, на развитие которой продолжает оказывать влияние синдром Фукусимы.

Другой особенностью предстоящего саммита может стать тенденция объединения «внешней» энергетической повестки с внутренними российскими потребностями. Открытие газопровода «Сахалин — Хабаровск — Владивосток», газ которого предназначен и для российского (дальневосточного) потребителя, а в будущем и для миллионов северных и южных корейцев, — подтверждение данной тенденции. Помощник президента РФ Аркадий Дворкович подчеркнул, что российская энергетическая повестка саммита во Владивостоке может работать и на внутренние нужды и одновременно на «повестку модернизации, то есть на то, что происходит в регионе АТЭС». К слову, России на «энергетическом поле» легче работать с «гибкими странами», то есть с теми, кто готов к компромиссам и реальному сотрудничеству в данной сфере.

Углеводородные «козыри»

В Восточной Сибири и на Дальнем Востоке России открыто 140 крупных месторождений нефти и газа и планируется открытие еще 220 месторождений. К 2020 г. только эти регионы России будут давать ежегодно по 70–75 млн нефти и 140 млрд кубометров газа. Среди стран АТЭС не очень много государств-производителей, поставщиков углеводородов. Это Россия, Вьетнам, Индонезия. За РФ в данной тройке безусловное лидерство. Круг стран, остро нуждающихся в энергоносителях, значительно шире. Это и огромный Китай, и две Кореи, и Япония, и страны латиноамериканского континента, а также большая часть государств Юго-Восточной Азии.

В условиях когда возобновляемая энергетика еще не набрала полной силы, углеводородная на ближайшую и среднесрочную перспективу будет оставаться стержневой. Исходя из сложившихся политических реалий (российско-китайского стратегического партнерства), российские углеводородные «козыри», казалось бы, проще всего использовать на китайском направлении. В его пользу говорит и потенциал китайского рынка, способного поглотить любое количество углеводородов. На это работает и открывшаяся первая очередь нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий Океан» (ВСТО) с отводом ветки на китайский Дацин и ряд других проектов.

С другой стороны, односторонняя углеводородная ориентация (особенно в газовой сфере) сужает маневр для России. Российские компании могут спокойно и с выгодой для себя развивать и другие маршруты, включая японский, корейский, американский и пр.

Китайско-российские газовые нестыковки

Последние три года между Москвой и Пекином идут безуспешные переговоры о возможности реализации российских газовых проектов в Сибири, ориентированных исключительно на китайского потребителя. Основная проблема — неуступчивость КНР по вопросам закупочных цен на сибирский газ. Предлагаемые китайские варианты делают российские варианты нерентабельными.

Китайские переговорщики пока не уступают, ссылаясь на возможность покупать относительно дешевый туркменский газ. Да и сама сложившаяся структура энергопотребления в КНР не способствует компромиссам на данных переговорах. Дело в том, что природный газ в китайской структуре внутреннего энергопотребления занимает пока второстепенные позиции. Основным источником является уголь, на который приходится 71%. Страна потребляет 1 370 млн т угля, что составляет 27,7% мирового потребления. Все это порождает проблемы на пути российско-китайской газовой сделки.

Япония как альтернатива?

Российско-японские газовые проекты по сжижению природного газа и его транспортировке — некая компенсация российско-китайских газовых нестыковок. Успешная модель сотрудничества в рамках проекта «Сахалин — 2» в этом плане показательна. Несмотря на наличие серьезных политических разногласий и территориальных споров, Россия может спокойно развивать энергетический бизнес с Японией. Тем более это направление перспективно с теми странами АТР, с которыми у РФ нет территориальных или иных проблем. Таких в АТЭС наберется много. Они все — потенциальные заказчики и потенциальные инвесторы в российский топливно-энергетический комплекс.

Японский сегмент выглядит для России неплохо и на нефтяном направлении. Объем поставок нефти за 5 последних лет увеличился в 5 раз и составил в 2011 г. 13,1 млн тонн. Если подобная динамика сохранится, российские экспортные поставки на японский рынок могут теоретически догнать поставки нефти России в КНР.

Таким образом, и РФ, и потенциальные страны — потребители энергоресурсов заинтересованы в радикальном обновлении российской энергетики. Речь идет о создании единой системы добычи, транспортировки, переработки нефти, газа и газоснабжения. Потребность в модернизации — не только российская задача, но и стратегия большинства экономик АТЭС. В решении двуединой задачи — модернизации и создании надежной системы энергоснабжения в регионе — видится одна из главных задач, которые стоят перед лидерами стран — участниц АТЭС.

В идеале, прослушав на грядущем саммите речь нового президента России В.В. Путина, руководители ведущих стран АТЭС должны выйти из зала пленарного заседания с твердым убеждением, что без энергетического сотрудничества с Россией дальнейшая модернизация их экономик попросту невозможна.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: РГРК «Голос России»
Распечатать страницу