Дипломатия будущего

20.04.12

Дипломатия будущего

Эксперты МГИМО: Зонова Татьяна Владимировна, д.полит.н., профессор

Будущее наступило уже сегодня. Дипломатия радикально трансформируется у нас на глазах. Перед лицом новых вызовов меняются ее структуры, методы, новые модели предлагают дипломатия интеграционная и парадипломатия. Возможно, в XXII веке существующие сегодня дипломатические модели исчезнут, но дипломатия как искусство решать конфликты мирным способом продолжит свое существование.

Какой будет дипломатия через сто лет? Изменится ли она? Такие вопросы задают обычно те, кто представляет себе современную дипломатию как нечто весьма традиционное, окутанное флером таинственности и элитарности. Подобную иллюзию подпитывает поведение некоторых дипломатов, которые и сегодня больше походят на вождей племени, гордо вышагивающих с перьями на голове (так писал в своих мемуарах один итальянский дипломат в отставке). Но все меняется с головокружительной быстротой.

Будущее уже наступает. Ярые неолибералы резонно вопрошают: нужны ли нам дипломаты, если бизнесмен с бизнесменом и так могут договориться, минуя неизбежную бюрократическую волокиту во внешнеполитических ведомствах? На заре нашего века молодые люди с восторгом аплодировали Збигневу Бжезинскому, когда он предложил отдать за ненадобностью здание американского посольства в Лондоне под студенческое общежитие. Мир бизнеса упорно переманивает наиболее талантливых выпускников, обещая зарплату, не сравнимую с государственной. Теоретики игр на мировом рынке гарантируют небывалый выброс адреналина и возможность разбогатеть здесь и сейчас (если, конечно, повезет).

Демократизация и кризисы

На этом фоне дипломатическая служба окончательно демократизируется и готова распахнуть двери перед всеми (даже женщинами!). Надо лишь выдержать конкурсные испытания и более или менее уметь изъясняться на иностранном языке. В то же время, если вам захотелось поработать в посольстве, совсем не обязательно становиться дипломатом. Ныне востребованы специалисты разного профиля, и в некоторых представительствах карьерные дипломаты составляют лишь 15–20%.

Кризисы последних десятилетий еще более обострили проблему. На хроническое недофинансирование и бюджет, не выдерживающий никакого сравнения с бюджетами силовых ведомств, постоянно жалуются главы внешнеполитических служб, даже таких солидных, как Госдеп. В министерствах иностранных дел не прекращается процесс «оптимизации». Утратив положение «монопольного стража» государственных интересов, современные дипломатические ведомства вынуждены проявлять небывалую гибкость в изыскании новых, прежде всего, менее затратных форм и методов работы. Для Европейского Союза актуален вопрос: тратить ли деньги на двусторонние отношения или ограничиться общеевропейскими дипломатическими структурами? Предусмотренное Лиссабонским договором изменение механизма голосования и соответствующая Общая внешняя политика и политика безопасности вполне могут способствовать отказу от традиционных двусторонних посольств.

Проекты экономии средств многочисленны. Норвежцы не первый год обсуждают, а иногда и прибегают к старой практике посольств ad hoc. Действительно, зачем тратить огромные средства на содержание посольства, аренду здания, обслуживающий персонал, когда посол, сидя в собственном министерстве, может общаться с иностранными коллегами по Интернету, а выезжать в страну, где он аккредитован, только в экстраординарных случаях. Желающие могут последовать примеру некоторых латиноамериканских стран, которые направляют за рубеж совместное (от трех стран) посольство, причем посол ежегодно меняется путем ротации.

Головную боль дипломатам доставляют и участившиеся саммиты. Личные симпатии и антипатии президентов и премьер-министров, неожиданные эмоциональные заявления нередко ставят в нелегкое положение даже искушенных профессиональных дипломатов. Один российский посол как-то задумался, не превращаются ли дипломаты в простых официантов и метрдотелей, ведь функции посольства во время визита на высоком уровне чаще всего сводятся к заказу гостиниц и авиабилетов, обеспечению транспорта и питания. Еще в 1925 г. известный французский дипломат Жюль Камбонвысказывал сомнения по этому поводу: демократия всегда будет нуждаться в президентах и министрах, но будет ли она нуждаться в дипломатах?

Теснят профессионалов и неправительственные организации. Они все настойчивее заявляют о себе в мировой политике, участвуют в переговорах, иногда ставят палки в колеса государственным деятелям и дипломатам.

Но главным вызовом для дипломатии стали высокие технологии. Дипломаты любят рассказывать, как пару веков назад от американского посла в Испании почти два года в Вашингтон не поступало никаких сведений. Подождем еще годик, предложил Томас Джефферсон, но если посол так и не даст о себе знать, напишем ему письмо. Несколько десятилетий спустя появление телеграфа произвело революцию. Впервые получив телеграмму, английский премьер лорд Генри Палмерстон воскликнул: «Все, это конец дипломатии!»

О конце дипломатии снова заговорили совсем недавно в связи со скандальными публикациями WikiLeaks. Секретная переписка дипломатов стала достоянием гласности. В связи с этим встал вопрос: можно ли сохранить конфиденциальность в киберпространстве? На конференции, посвященной проблемам секретности, один американский дипломат высказал довольно парадоксальное предложение. В супермаркетах, заявил он, иногда заранее закладывают в расходы стоимость товаров, которые обязательно будут разворованы. Вычислить убытки просто, ведь процент воров в обществе не такой большой и достаточно стабильный, в любом случае, ставить видеокамеры и охрану гораздо дороже. То же и с дипломатией. Все равно время от времени кто-то поддастся соблазну продать секреты. Предложение дипломата-радикала — вообще отказаться от дорогостоящих шифротелеграмм и перейти на общение по дешевому Интернету.

На пятки дипломатии агрессивно наступают и СМИ. Рассказывают, как в свое время премьер-министр Канады Пьер Трюдо предложил заменить все дорогостоящее министерство иностранных дел подпиской на «Нью Йорк Таймс». Премьеру показалось, что корреспонденты газеты лучше осведомлены о событиях, чем авторы дипломатических депеш. СМИ в электронном варианте стали еще более серьезными соперниками посольств, ведь они напрямую поставляют информацию из горячих точек в реальном времени. А новые социальные сети, которые способны не только сообщать о событиях, но и влиять на их развитие? В результате высокопоставленные дипломаты вынуждены все чаще подключаться к социальным сетям и там отстаивать свои позиции.

Дипломатия защищается

Дипломаты готовы к контрнаступлению. По мере развития электронной революции возникают все новые и новые возможности. Госдеп по прошествии десятков лет со дня закрытия американского посольства в Тегеране решил учредить в столице Ирана виртуальное веб-посольство. Без предварительного восстановления дипломатических отношений, ведь Венская конвенция о дипломатических сношениях в киберпространстве пока не принята. Правда, и иранские власти, пользуясь отсутствием такой конвенции, спустя несколько часов после появления в Интернете веб-посольства наглухо заблокировали сайт.

Противостоя вызовам, государства взяли на вооружение публичную дипломатию, представляющую собой некий синтез ценностей, пропаганды и технологий маркетинга. С помощью публичной дипломатии правительства надеются воздействовать на общественное мнение других стран, формировать благоприятный имидж, завоевывать симпатии и менять настроения международной общественности. Дипломаты теперь «выходят из тени» и призваны выступать в самых разных аудиториях, оттачивая искусство дискутировать, убеждать и переубеждать.

Еще более привлекательная идея — развивать публичную дипломатию, не выезжая из собственной столицы. На пространстве second life министерство иностранных дел Швеции отстроило свой Шведский дом. Виртуальное здание — полная копия шведского посольства в Вашингтоне. Ленточку на торжественной церемонии открытия разрезал лично министр иностранных дел Карл Бильдт, т. е. его аватар. Для посетителя, т. е. его аватара, посещение посольства не представляет никаких трудностей. Вам на помощь приходит аватар персонала, который, легко взлетая с вами на нужный этаж, ведет вас в тот самый зал, где хранится интересующая вас информация о Швеции. В таких виртуальных посольствах можно поучаствовать в семинарах, послушать лекции, а можно за деньги арендовать помещение для проведения собственных встреч и конференций. Неутомимые виртуальные дипломаты готовы обслуживать вас круглые сутки. При желании любое министерство иностранных дел может купить участок земли или даже целый остров в этом 3D пространстве и открыть там свое представительство.

Так что же будет с дипломатией через сто лет?

В ходе исторического развития исчезли дипломатические модели античности, канула в прошлое модель средневековой дипломатии Ватикана, одно воспоминание осталось от посольских приказов. Такая же участь может постичь и современную модель дипломатии с ее громоздкими внешнеполитическими ведомствами и постоянными двусторонними дипломатическими представительствами. Не избежать трансформации модели межгосударственной многосторонней дипломатии. Уже меняются и продолжат меняться параметры интеграционной дипломатии. Даст о себе знать и все более расширяющаяся сеть так называемых парадипломатических субнациональных представительств. По всей вероятности, поле дипломатии значительно расширится.

Можно пофантазировать и предположить, что в XXII веке дипломатическими будут считаться отношения между самыми разнообразными акторами — гуманитарными, коммерческими, религиозными, гендерными. Такое будущее предстает как некое воспоминание о прошлом. Например, в Средневековье дипломатами становились посланники городов, графств, княжеств, герцогств, королевств и просто феодалов. Видимо, и в будущем даже в отношениях между небольшими группами людей, осознавшими свою суверенность и конфликтующими из-за этого, всегда найдется почва для дипломатии. Такая радужная перспектива откроет простор для деятельности дипломатических академий, школ, институтов и дистанционного (желательно платного) обучения. Ведь в таком будущем каждый будет вынужден изучать искусство переговоров, протокол и приобретать навыки сбора и анализа информации (возможно, опять за свой счет).

Итак, модели дипломатии могут меняться, но дипломатия как непреходящее искусство мирно разрешать возникающие конфликты, видимо, будет существовать вечно, а талантливые аналитики и умелые переговорщики будут всегда востребованы.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Российский совет по международным делам
Распечатать страницу