Россия и Грузия. Невозможное в обмен на неизбежное

08.02.13

Россия и Грузия. Невозможное в обмен на неизбежное

Эксперты МГИМО: Сушенцов Андрей Андреевич, к.полит.н.

С победы оппозиционной партии «Грузинская мечта» на парламентских выборах в Грузии прошло чуть больше ста дней. Новый премьер Грузии Бидзина Иванишвили не скупится на обещания наладить отношения с Россией — но пока дело не продвинулось дальше переговоров о возвращении грузинского вина на российский рынок. Что мешает сделать следующий шаг, — выясняла специальный корреспондент ИД «Коммерсант» Ольга Алленова.

Чего в Грузии ждут от России

Казалось бы, за сто дней можно убедить избирателя, что он как минимум не ошибся. За это время кого-то из команды Михаила Саакашвили посадили, кого-то объявили в розыск, кого-то измотали допросами — и это, конечно, успокаивает электорат, который зол на прежнюю власть и жаждет мести. Но все же это эмоции, а эмоциями сыт не будешь.

Мой знакомый, недавно вернувшийся из Грузии, рассказывал, что местные таксисты страшно недовольны. Они надеялись, что новая власть очень быстро «наведет порядок»: даст всем работу и снизит квартплату, тарифы на свет и газ, цены на лекарства и бензин. И, действительно, новое правительство декларирует некоторое снижение цен — но на самом деле оно почти незаметно.

Конечно, таксисты в Грузии недовольны всем и всегда. Это особая категория людей. Еще год назад на наивные доводы туристов вроде: «Тбилиси же превратился в красивый европейский город!» они отвечали: «Не надо мне этой красоты, ничего не надо от Миши Саакашвили, пусть уйдет и все!»

Были аргументы и посерьезнее — их приводили крестьяне, которые считали, что хозяйства загибаются именно из-за разрыва отношений с Россией и невозможности продавать продукцию в РФ: «В Турции нашу продукцию не берут, в Азербайджане тоже, Украина с Белоруссией и без нас прекрасно справляются — так куда нам продавать свои овощи-фрукты?»

А поскольку Грузия — страна сельскохозяйственная, то недовольство этой части населения было ощутимым и отчасти повлияло на исход выборов.

Не потерять доверие этих людей для новой грузинской власти очень важно. А доверие уходит быстро — грузинские крестьяне тоже надеялись на быстрые перемены. Именно поэтому проблема номер один, которую пытается решить Бидзина Иванишвили — это открытие российского экономического пространства для Грузии. Один только этот шаг мог бы на какое-то время снять социальную напряженность. Крестьяне смогут возить свои товары в Россию, безработные горожане — ездить туда на заработки, тем более что на стройках в крупных городах, где грузины в основном и работали, потребность в руках есть всегда.

России достаточно отменить визы для грузинских граждан, — и проблема Бидзины Иванишвили будет решена как минимум до президентских выборов, которые пройдут уже меньше чем через год. И на которых конкуренцию электорату «Грузинской мечты» составит весьма активное меньшинство в лице «Национального движения» («Единое национальное движение» — партия Михаила Саакашвили — прим. ред.).

Тем не менее Россия не спешит пойти навстречу новому грузинскому правительству. Власть в Тбилиси теперь сама протягивает руку Москве, казалось бы — можно отменить и эмбарго на сельхозпродукцию, и визы. Но в таком случае заинтересованность Москвы в новой Грузии станет слишком очевидной. Москве же хочется диктовать свои условия, причем так, чтобы Тбилиси был рад любой, даже самой незначительной уступке. Не зря ведь эксперты МГИМО Николай Силаев и Андрей Сушенцов в своем недавнем докладе об урегулировании российско-грузинских отношений настаивали на том, что Россия в Грузии заинтересована меньше, чем Грузия в России. Это было демонстрацией исходных позиций: «Вы нам не нужны, а мы вам очень».

Согласно этому внушительному докладу, условия, которые Россия выдвигает Грузии для того, чтобы начать полноценные переговоры, примерно следующие. Во-первых, Грузии нужно отказаться от термина «оккупированные территории» в отношении Абхазии и Южной Осетии и вообще отменить «Закон об оккупированных территориях», а также исключить из контекста переговоров само упоминание об этих конфликтах. По логике экспертов МГИМО, если Грузия хочет переговоров с Россией, то ситуация в Абхазии и Южной Осетии тут ни при чем, так как виновница этих конфликтов — не Россия.

В Грузии так не считают даже крестьяне, но общественное мнение сильно зависит от телевидения, и поэтому грузинскому ТВ, по мнению российских экспертов, следует смягчить «конфронтационную риторику». Это второе.

Третий и очень важный момент — внешнеполитический курс. Российские эксперты отмечают, что в Тбилиси должны понимать: Москва против расширения НАТО в регионе. «Для Москвы важно, чтобы выбор Грузии не стал антироссийским, — говорит Андрей Сушенцов. — Если выбор будет сделан в пользу Запада, то Россию интересует, чтобы этот выбор не стал основанием для расширения военного присутствия НАТО на территории Грузии». Если Грузия готова выполнить эти условия, то база для переговоров есть, полагают эксперты.

Что Россия может предложить Грузии

Что может дать Россия Грузии взамен? Конечно, начать экономическое сотрудничество. Открыть свой рынок. Привлечь российский бизнес в грузинскую экономику. Кроме того, выработать общие меры безопасности в регионе. Возможно, Москва даже захочет обсудить вопрос о некотором снижении военного присутствия РФ в Абхазии и Южной Осетии.

Эти предложения экспертов МГИМО недавно были дополнены представителем МИДа РФ Михаилом Евдокимовым, заявившим, что Грузия может вернуться в СНГ — ведь ее оттуда никто не выгонял.

Несомненно, предложения эти очень интересные, но только с точки зрения Москвы. Если же смотреть на ситуацию из Тбилиси, то возникает много вопросов.

Россия вступила в ВТО, членом которой уже давно является Грузия, и рано или поздно (и чем раньше, тем для России лучше) откроет свой рынок грузинским товарам. Так почему грузинские власти должны идти на уступки как во внутренней, так и во внешней политике? Чтобы получить то, что они и так получат? Ведь переговоры по возвращению грузинского вина и другой продукции на российский рынок уже идут. Грузинские виноделы уже побывали в Москве, скоро московская комиссия поедет в Тбилиси — изучать тамошнее вино.

Геннадий Онищенко даже выразил сожаление, что россияне так долго не пили грузинского вина. А что еще он мог сказать? Членство в ВТО к чему-то обязывает. Правда, через день главный санитарный врач России дезавуировал собственное высказывание — мол, россияне по грузинскому вину не соскучились. Но и это заявление сделано по понятным причинам — чтобы грузины не вообразили, будто в РФ их продукции ждут не дождутся.

Другое обещание — привлечь в Грузию российский бизнес — тоже звучит наивно. Российский бизнес там давно присутствует и в энергетике, и в банковской сфере, и в инвестиционных проектах. И в Грузию этот бизнес пришел еще при правительстве Саакашвили, вокруг которого в России создавался резко негативный информационный фон. А сейчас, когда власть сменилась, бизнес пойдет в страну и без предварительных политических договоренностей.

Единственный же вопрос, решение которого действительно зависит от России, вопрос столь значимый, что, возможно, стоит даже отказа Грузии от интеграции в НАТО, — это Абхазия и Южная Осетия. В постконфликтном грузинском обществе вы не найдете ни одного человека, который согласится с тем, что членство в НАТО стоит потери этих земель. Но именно этот вопрос эксперты МГИМО предлагают исключить из повестки дня — как бессмысленный для обсуждения.

И это тоже понятно — отзывать свое признание Абхазии и Южной Осетии Россия не будет. Республики остаются козырем в политическом торге с Грузией: неслучайно во время визита грузинского патриарха Илии Второго в Москву к нему на аудиенцию приходили представители московской осетинской общины, в частности, известный бизнесмен Гоча Дзасохов. Эта встреча должна была продемонстрировать Грузии, что шансы на переговоры с Цхинвалом есть всегда. Да, осетины в Южной Осетии возмутились, заявив, что это предательство, но в верхах их никто не услышал.

Но ведь и в Грузии прекрасно понимают, что Южную Осетию ей не вернут. Так что и этот козырь — липовый.

Так зачем же Грузии менять свой курс? Эксперты МГИМО, которые даже побывали в Тбилиси, внятно объяснить этого не смогли. Во всяком случае, представитель грузинского правительства по переговорам с Россией Зураб Абашидзе ушел с презентации их доклада явно разочарованным. Какой бы пророссийской ни оказалась новая грузинская власть, она прежде всего должна думать о симпатиях электората и предстоящих выборах. А в Грузии, помимо крестьян и таксистов, есть еще довольно большая социальная группа, которая поддерживала Саакашвили и считает, что евроинтеграция — единственный путь к полной независимости страны, в частности от России. Объяснить этим людям, чем так хорош российский рынок (который, не забудьте, все равно рано или поздно откроют), что ради него надо отказаться от вступления в НАТО, не сможет ни Иванишвили, ни даже Саакашвили.

А значит, приняв нынешние российские условия, Иванишвили рискует все же проиграть президентские выборы.

Могут ли Россия и Грузия договориться

На самом деле из конфронтации Россию и Грузию могли бы вывести переговоры без предварительных условий. И как результат этих переговоров — такие шаги, как отмена виз и открытый для грузинской продукции рынок с одной стороны, а с другой — возвращение в Грузию русских культурных центров, школ, газет и даже телевидения, книжных и театральных фестивалей, в конце концов. За последние годы российские власти не потратили ни копейки ни на русский драмтеатр в Тбилиси, ни на русский культурный центр, ни на помощь тем же русским школам. Грузия забывает русский язык, и это чувствуется даже в Тбилиси.

Само по себе вступление Грузии в НАТО не так страшно — в конце концов, это вопрос многих лет, и пока Грузия не решит свою территориальную проблему, ее шансы на членство в альянсе будут невысоки. А вот отторжение от русского языка и культуры и привыкание к образу врага, затаившегося на Севере — более серьезная потеря для России в регионе.

Ведь именно настроения людей — определяющий фактор в российско-грузинских отношениях. Россия сможет добиться своих целей в регионе только тогда, когда эти настроения изменятся. Пока же 70% грузин голосует за членство страны в НАТО.

Но настроения людей нынешнюю российскую власть не волнуют — ни в собственной стране, ни тем более в чужой. А поэтому серьезного прорыва на российско-грузинском фронте я не жду. Если, конечно, не считать таким прорывом грузинское вино и петрушку.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: PublicPost
Распечатать страницу