Монголия: между Россией, Китаем и «третьей силой»

19.06.13

Монголия: между Россией, Китаем и «третьей силой»

Эксперты МГИМО: Лузянин Сергей Геннадьевич, д.ист.н., профессор

Политика КНР в отношении Монголии строится на торгово-экономических и инвестиционных интересах. Как новое китайское руководство планирует строить отношения с соседней страной, кто и что противодействует Китаю в республике «степной демократии»?

Китай — всего лишь шестой

После монгольской демократической революции (1991) и демонтажа однопартийной системы во внешней политике республики сформировалась концепция так называемой «третьей силы». Традиционными внешними приоритетами Монголии являются российское и китайское направление. В «третью силу» монгольские политологи включают США, Японию, ЕС, Южную Корею, страны АСЕАН. Монголия быстро интегрировалась в региональные международные процессы и финансовые проекты, ежегодно получая большую гуманитарную, финансовую помощь от стран-доноров и организаций, как раз и входящих в «третью силу».

Монголия открыла свои недра иностранным компаниям, сделав минерально-сырьевой сектор ведущим в экономике. Десятки новых стратегических месторождений угля, меди, золота, урана и др. полезных ископаемых стали предметом острой конкуренции западных и азиатских корпораций. При этом «минеральная карта» периодически разыгрывается представителями демократических партий, МНРП и МНП в ходе парламентских и президентских выборов.

Демократизация заметно усилила политическую дифференциацию политической элиты. Сформировались явно выраженные прозападные группы. Сохранились, правда не столь явно, пророссийские и прокитайские политики. Хотя в современной обстановке плюрализма они не позиционируют себя как ярых сторонников России или Китая, но предпочтения того или иного партнера скрыть сложно. Часть политиков ссылается на большие инвестиционные возможности КНР, другие на проверенную временем дружбу «с северным соседом, который намного надежнее новоявленных западных друзей» и пр.

Очевидно, что ожидаемые президентские выборы 26 июня объективно усилят те или иные внешнеполитические симпатии по основным векторам. Каждый из кандидатов выражает свое видение внешних приоритетов. К слову, действующий президент Ц.Эльбегдорж (бывший лидер Демпартии) по Конституции имеет право на «второй шанс». Учитывая, что его оппонент — бывший президент и экс-премьер Н.Энхбаяр (МНРП) находится в тюрьме, отбывая срок за коррупционные дела, глава государства вполне может вновь занять пост президента.

В целом ориентация на «третью силу» в руководстве страны накануне выборов доминирует, чего не скажешь о монгольском обществе. В отношении Китая, например, превалируют алармистские настроения и недоверие, в противовес усилению симпатий к России и русским. Что касается западных стран, Японии, Южной Кореи, на них монгольский обыватель смотрит больше с чисто практической точки зрения, как на потенциальный источник доходов в виде финансовой, гуманитарной помощи, грантов и пр. По данным проведенного в 2013 г. социологического опроса монгольские граждане лучшим другом считают Россию, за ней идут США, Япония, Южная Корея и ЕС. Китай в списке друзей занял 6 — ое место.

Исторические обиды

Китайские страхи у монголов появились не сегодня. Они имеют солидную историческую основу. Монгольские историки много пишут о закабалении Монголии, «превращении ее в китайскую территорию» на долгие времена (с XVII — до начала ХХ вв.), забывая правда сказать, что только благодаря жесткой позиции Сталина страна смогла отстоять свой (де-факто) суверенитет в 1939 г. (Халхин-гол) и получила к 1946 году международное (де-юре) признание. До этого Китай формально сохранял свою юрисдикцию над Внешней (МНР) Монголией. Монголы не забывают о периоде китайского геноцида в XVIII в., когда практически все население Джунгарского (Ойратского) ханства было уничтожено, а уцелевшие группы ушли в Российскую империю.

В самой КНР существует, фактически, альтернативная «монгольская история», вписанная в китайскую официальную историографию. Ученые говорят о «единстве» монгольской династии Юань, правившей почти 300 лет, с китайским народом, о «процветании» монгольских земель, входивших в Поднебесную и пр. Лейтмотив китайской историографии это — неизбежность «возвращения Монголии в лоно родины… и воссоединение ее с Внутренней Монголией», которая, после образования КНР в 1949 г. была оформлена в составе республики как Автономный район (АРВМ).

Современные антикитайские настроения порой приобретают и идеологическую окраску. В 2012 г. мэр столицы Монголии Улан-Батора позволил себе публично обвинить КПК в том, что она «ответственна за гибель миллионов людей». Это вызвало ответную жесткую реакцию Китая, заставившего Монголию «объясниться». Как писали многие журналисты, даже западные политики, неустанно бьющиеся за «права человека», не позволяли себе ничего подобного. Но как-то пронесло.

На фоне таких заявлений «естественным» выглядит активизация явно националистических организаций типа «Даяар Монголия» (Вся Монголия), «Хох монгол» (Синяя Монголия) и других, выступающих против присутствия китайцев в стране.

Уголь, медь и дороги. Монголия как «сырьевой придаток» Китая?

Экономическая политика КНР в Монголии имеет больше регионально-экономическое значение, как политика по обеспечению Китая минеральным сырьем и развитию соседней Внутренней Монголии (АРВМ). В последние годы интенсивно развивается торговля и инвестиционное сотрудничество двух стран. По официальным китайским данным, объем товарооборота в 2012 г. оценивался в 6,6 млрд. долл. (российско-монгольский — около 2 — х млрд.), инвестиций — 2 млрд. долл., большая часть которых (68%) направлено в геологоразведку и горнодобычу. КНР вывозит из Монголии цинковую и железную руду, медный концентрат, каменный уголь, молибден, продукты животноводства, а ввозит набор товаров легкой промышленности.

В монгольском импорте Китай, безусловно, доминирует, опережая на целый порядок своих конкурентов (РФ, США, Япония и др.). В Монголии, исходя из объемов китайского импорта (84% от общего), эксперты пишут о постепенном превращении страны в «сырьевой придаток Китая», о необходимости «остановить китайскую экспансию».

Одновременно монгольские чиновники озабочены строительством китайской железнодорожной ветки из АРВМ к монгольским угольным рудникам. Один из высокопоставленных политиков, в частности, заметил, что «прежде чем прокладывать новую железную дорогу к границам, Монголия должна убедиться в том, что не превратиться в сырьевой придаток растущего Китая».

Вряд ли можно говорить об экономическом господстве Китая как о свершившемся факте. Скорее речь идет о росте конкуренции между китайскими, западными, японскими, российскими и американскими компаниями за ключевые ресурсные проекты. Это в первую очередь гигантские месторождения угля Таван Толгой (6,5 млрд. тонн высококачественного коксующегося угля) и Овоот Толгой (2,6), меди и золота Оюу Толгой и другие, включая богатейшие урановые месторождения.

Монгольский ответ. Как выжать максимум из российско-китайской конкуренции?

Настроения монгольских политиков в отношении крупных китайских и других компаний трудно предсказуемы. Так, в 2012 г. Китай довел свой угольный импорт из Монголии до 7 млн тонн, что составило более одной трети от общего угольного импорта КНР. Однако 11 января 2013 г. монголы волевым порядком приостановили экспорт угля в Китай, пытаясь повысить экспортные цены. Акция провалилась, и монгольское государство потеряло сотни миллионов прибыли.

В 2011 г. Совет национальной безопасности Монголии аннулировал сделку, заключенную с американской компанией «Peabody Energy», китайской «Shenhua Group Corp." и российско-монгольским консорциумом по совместной разработке части месторождения «Таван Толгой». Монголия заблокировала также размещение акций «Erdenes Tavan Tolgoi», которая могла бы привлечь более 3 млрд долл. иностранных инвестиций в угледобычу.

Китайцев подобная неопределенность заставляет идти на тактические хитрости. В китайскую прессу периодически вбрасывается информация о, якобы, открытых гигантских месторождениях урана, меди, угля, нефти во Внутренней Монголии, о том, что теперь у КНР «пропадает желание… иметь дело с Монголией». Понятно, что таким образом Поднебесная пытается остудить антикитайский пыл, а с другой стороны, сбить цены.

Возможно, что в основе противоречивых на первый взгляд монгольских решений лежат не только коммерческие, но и политические интересы. Монголия использует давно отработанный ею метод — выжимать максимум из конкуренции между Россией, Китаем и странами, представляющими «третью силу».

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: РГРК «Голос России»
Распечатать страницу