Россия будет проводить политику возвращения утраченных позиций

05.11.13

Россия будет проводить политику возвращения утраченных позиций

Эксперты МГИМО: Пономарева Елена Георгиевна, д.полит.н., профессор

Читателям медиацентра «Евразийское Приднестровье» о России в большой политике и о роли Приднестровья в ее хитросплетениях рассказала известный российский политолог, историк, публицист, доктор политических наук, профессор МГИМО Елена Георгиевна Пономарева.

Елена Георгиевна, эксперты в области международных отношений утверждают, что современный мир переживает экономический и политический кризис. Как Вы считаете, на фоне того хаоса, которым охвачен сегодня Ближний Восток, на фоне утраты международного авторитета США и нестабильности Евросоюза, какие шаги должна предпринять Россия для укрепления своих позиций на международной арене?

Прежде чем ответить на Ваши вопросы, подчеркну, что мои оценки не следует воспринимать, как политические заявления. Заявления делают политики, я же, как исследователь, аналитик пытаюсь разобраться в причинах и последствиях тех или иных событий.

Теперь по существу. «Мир вступил в полосу глубоких преобразований, геополитический ландшафт меняется радикально. Эти перемены сопровождаются возросшей турбулентностью на глобальном и региональном уровнях». Так, министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров охарактеризовал мировые процессы, происходившие в 2011 году. К сожалению, эти слова не утратили свою актуальность и сегодня. Мировая экономическая и политическая система разбалансирована, очаги конфликтности растут, безопасность многих стран и народов находится под угрозой. В таких условиях одним из приоритетов российской внешней политики является недопущение эскалации новой войны и общемирового хаоса.

Сегодня от разрешения сирийского и иранского кризисов зависит не только региональная ситуация, но может быть обрушена вся (плохая или хорошая, но пока все же предсказуемая) мировая система. Осознавая колоссальную ответственность за будущее стран и народов, Россия занимает в этих вопросах однозначно жесткую позицию — решительно выступает против вооруженного вмешательства внешних сил, против легкого обращения с теми мандатами, которые выдает в кризисных ситуациях Совет Безопасности ООН, считает неприемлемыми попытки распространения «ливийского прецедента» на сирийский конфликт. Неприемлемым и контрпродуктивным является также с российской точки зрения поставка оружия для боевиков и экстремистов, действующих в Сирийской Арабской Республике.

— Очевидно, что заявления России по Сирии подтолкнули международных акторов подумать о негативных последствиях, которые Ближний Восток может повлечь для межрегиональной безопасности.

Важно помнить, что Россия не просто оценивает ту или иную ситуацию, но всегда предлагает конкретные методы разрешения конфликтов. Это инициирование переговорного процесса, созыв мирных конференций, организация действительно международного контроля за разоружением боевиков и т. п. Сегодня вряд ли кто может оспорить миротворческий характер российских инициатив. Однако их принятию мешает позиция ряда западных стран и из союзников, заинтересованных в уничтожении суверенности Сирии и эскалации напряженности в других регионах мира. Такие устремления, которые распространяются и на Иран, сдерживаются согласованной позицией России, Китая и других стран БРИКС.

Сохраняющаяся небезопасность в мире самым непосредственным образом связана с постоянными рецидивами односторонних силовых действий, которые в свою очередь обусловлены «синдромом победы» Запада в холодной войне, стремлением к реидеологизации и ремилитаризации международных отношений. Изменить существующее положение вещей может лишь укрепление позиций России и ее авторитета в международных отношениях.

Очевидно, что это укрепление касается на только участия в «разруливании» кризисных явлений. Центральной внешнеполитической темой для России остается проблема евроатлантического сотрудничества. Среди самых болезненных тем — расширение НАТО и создание системы Противоракетной обороны (ПРО). Идея евроатлантической безопасности, безусловно, важна и актуальна. Однако, как показывает историческая практика, ее понимание, а тем более, цели и методы ее реализации у заинтересованных сторон различны. И не стоит тешить себя иллюзиями о равноправном и, тем более, стратегическом партнерстве с НАТО, у которой весьма четкие установки в отношении России, в целом, и по поводу ПРО, в частности.

В условиях кризиса системы международных отношений, сотрясаемой разного рода «революциями», террористическими угрозами, геоклиматическими, миграционными, техногенными и информационными проблемами, распространением ядерного оружия и оружия массового уничтожения, не говоря уже об экономической дестабилизации, проблема «стратегического партнерства» России и НАТО, несомненно, остается одной из самых актуальных. Именно поэтому серьезное внимание российская сторона уделяет системе ПРО — противоракетная оборона была и остается в центре дискуссий, касающихся стратегической стабильности, разоруженческой проблематики, вопросов безопасности.

Очевидно, что Москва не собирается молчаливо ожидать гарантий со стороны Вашингтона и Брюсселя по неприменению силы против нее. В современных условиях невероятного увеличения военного присутствия НАТО, чрезвычайно сложно справиться с его обузданием только дипломатическими методами, следуя известному утверждению Г. Киссинджера: «дипломатия есть искусство обуздывать силу». Добиться защиты национальных интересов российская дипломатия может, лишь опираясь на мощную экономику, сильную современную армию и эффективные спецслужбы.

— Вы хотите сказать, что сегодня Россия и Запад снова переходят в активную фазу соперничества в области оборонного потенциала?

Не совсем так. Это вовсе не означает начала новой гонки вооружений и новой холодной войны.

Логика позиции России проста и понятна. Напомню по этому поводу слова Д. А. Медведева: «Если вблизи наших границ размещаются вооружения, которые потенциально способны подорвать стратегический паритет и снизить нашу безопасность, то мы отвечаем мерами, которые такого ослабления допустить не должны. Вот и все».

Если в 1995 г. президент США Билл Клинтон мог сказать: «Мы позволим России быть. Но мы не позволим ей быть великой державой», то сегодня наше мнение является определяющим в целом ряде случаев. Это далеко неприятный для некоторых международных игроков факт. Однако вне зависимости от их отношения к сильной и самостоятельной России, готовой и способной проводить независимую внешнюю политику, с этой данностью им придется если не смириться, то, по крайней мере, воспринять это как факт мировой политики.

— На Ваш взгляд, какие шаги необходимо сделать России, чтобы возобновить те лидерские позиции, о которых мы только что говорили?

Что касается конкретных шагов, укрепляющих международные статус и влияние России, то это, безусловно, такие: создание сильной и самодостаточной экономики, модернизация военно-промышленного комплекса, установление прочных отношений стратегического партнерства с Китаем, формирование действующего Евразийского союза. Все эти шаги должны сопровождаться мощной информационной поддержкой.

— Вы говорите о «мягкой силе»?

Именно. России необходимо в срочном порядке разработать концепцию «мягкого» влияния. Как верно отметил Президент РФ Владимир Путин, «образ России за рубежом формируется не нами, поэтому он часто искажен и не отражает ни реальную ситуацию в нашей стране, ни ее вклад в мировую цивилизацию, в науку, культуру, да и позиция нашей страны в международных делах сейчас освещается как-то однобоко. Те, кто стреляет и постоянно наносит ракетные удары тут и там, они молодцы, а те, кто предупреждает о необходимости сдержанного диалога, те вроде как в чем-то виноваты. А виноваты мы с вами в том, что мы плохо объясняем свою позицию. Вот в чем мы виноваты».

Пришло время исправлять допущенные ошибки, искупать прежнюю вину: «мягкая сила» становится одной из опор российской внешней политики. Развитие публичной дипломатии; доведение до широких кругов мировой общественности полной и точной информации о позициях, о внешнеполитических инициативах и действиях Российской Федерации, о процессах и планах ее внутреннего развития, о достижениях российской культуры и науки, развитие собственных эффективных средств информационного влияния на общественное мнение за рубежом, усиление позиций российских СМИ, отражение информационных угроз суверенитету и безопасности — это тоже важные и значимые конкретные шаги, которые необходимо сделать России, как в целях самосохранения, так и в целях укрепления своих позиций на международной арене.

Продолжая цитировать российского Президента: как-то Владимир Путин, повторяя слова выдающегося дипломата Александра Горчакова, сказал, что «Россия сосредотачивается». За этими словами, в том числе, следует понимать переход России к активным действиям по объединению вокруг себя пространств Русского мира, неотъемлемой частью которого во все времена было Приднестровье. В свете этих процессов, как бы Вы спрогнозировали будущее нашей республики?

В августе 1856 г. министр иностранных дел России Александр Михайлович Горчаков в депеше, разосланной им в российские посольства, в частности, писал: «Россию упрекают в том, что она изолируется и молчит перед лицом таких фактов, которые не гармонируют ни с правом, ни со справедливостью. Говорят, что Россия сердится. Россия не сердится, Россия сосредотачивается». Эти слова были расценены за рубежом как подготовка к новой войне. Однако этими словами Горчаков выразил настрой и готовность на пересмотр и отказ от унизительных условий, навязанных России Парижским мирным договором 1856 г., в частности, от запрета иметь военный флот в Черном море. Умело играя на противоречиях европейских держав и не втягивая Россию ни в какие обязывающие союзы, А. М. Горчаков в итоге, воспользовавшись суматохой, возникшей в Европе в ходе франко-прусской войны, разослал в иностранные столицы ноту, уведомлявшую о том, что Россия более не считает себя связанной ограничительными условиями в отношении военного флота в Черном море. Все великие державы были вынуждены согласиться с изменившимся геополитическим положением России.

— А в контексте современных реалий, что значат слова Горчакова, произнесенные Президентом РФ?

Думаю, цитирование Владимиром Путиным князя Горчакова есть определенный сигнал для Запада — Россия будет проводить политику возвращения утраченных позиций. Эта установка касается, как ближнего, так и дальнего зарубежья. Однако неизменным приоритетом остается пространство Русского мира, который оказывается естественным образом включен во все интеграционные инициативы российского руководства. Недаром в Концепции внешней политики, утвержденной Президентом РФ 12 февраля 2013 г., зафиксировано, что одним из приоритетов внешней политики РФ является «обеспечение дальнейшего развития интеграционных процессов и взаимовыгодного сотрудничества на пространстве СНГ». А поскольку Приднестровье является естественной частью пространства СНГ, «дальнейшее развитие интеграционных процессов» непосредственно касается и вашей республики. Главное, чтобы этот процесс был тщательно подготовлен по всем параметрам.

(Продолжение следует)

Беседовала Кристина ФИЛИПЕНКО

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Евразийское Приднестровье
Распечатать страницу