Италия налаживает мосты

10.03.15

Италия налаживает мосты

Эксперты МГИМО: Маслова Елена Александровна, к.полит.н.

Внешняя политика Италии за последние двадцать лет характеризуется устойчивым стремлением руководства вывести страну из разряда средней державы в мир большой мировой политики. Многие исследователи сходятся в том, что во времена Первой республики (практически совпавшей с эпохой холодной войны — 1947–1993 гг.) у Италии не было внешней политики, а было лишь географическое положение. Страна воспринималась прежде всего как форпост Запада, логистическая площадка, располагавшая широкой сетью военных баз. Окончание холодной войны сделало сдерживание коммунистов — системную задачу итальянской политики — неактуальной. Перед Италией встал вопрос переосмысления идеологических основ внешней политики и национальных интересов.

Теоретические дискуссии итальянских интеллектуалов о новой роли страны в мире вылились в концепцию «Италии как мирового протагониста», озвученную Джанни-Де Микелисом, занимавшим тогда пост министра иностранных дел в начале 1990 годов. Суть концепции состояла в том, что Италии необходимо проводить более самостоятельную внешнюю политику, отличную от концепций «стального ошейника» США и «средней державы» времен холодной войны, превратившись в «протагониста» — главного актора европейской и мировой политики. За последние десятилетия внешняя политика Италии характеризовалась значительным усилением активности страны на международной арене.

В рамках новой концепции Италия стремилась подчеркнуть свою значимость и вклад, который страна способна внести в развитие мирового сообщества. Это нашло отражение в достаточно активном участии Италии в разрешении различных кризисов, в членстве в различных международных организациях и объединениях.

Для России Италия традиционно не только стратегический, но и привилегированный партнер. Страны имеют давнюю добрую традицию взаимоотношений, основанных на доверии и интересе. Помимо торгово-экономических и культурных связей Россию и Италию связывает наличие постоянного активного политического диалога.

Можно говорить о том, что Италия всегда стремилась стать проводником российской позиции в Европе, получив при этом для своей страны особый статус. Так, например, во времена второй чеченской войны была попытка исключить Россию из ПАСЕ. Италия тогда была председателем Совета Европы, и очень умеренная позиция бывшего в то время министром иностранных дел Ламберто Дини позволила сгладить ситуацию. Затем, когда отношения В.Путина и Дж Буша мл. обострились и начались «цветные революции», Франко Фраттини (министр иностранных дел при правительстве С.Берлускони) также пытался наладить диалог.

По отношению к конфликту в Грузии 2008 года Италия также заняла позицию медиатора между Западом и Россией, выступая за немедленное прекращение огня и установление перемирия, не осуждая при этом российскую позицию. Мировое сообщество было всерьез обеспокоено разворачивающимися событиями. Основную роль по выработке мирного соглашения между сторонами взяла на себя Франция, председательствующая на тот момент в ЕС. Однако и Италия, в силу ряда субъективных причин — энергетической зависимости и доверительных отношений С.Берлускони и В.Путина — приняла активное участие в урегулировании грузино-осетинского кризиса. На протяжении всего конфликта итальянская сторона постоянно проводила консультации с мировыми лидерами и министрами иностранных дел Большой восьмерки, выступая медиатором мирного урегулирования процесса.

Позиция Италии как моста между Западом и Востоком позволяла Италии занять особую роль в Европе. Когда Россия и Запад подходили к той или иной кризисной черте, то «итальянский мост» работал. Причем он работал вне зависимости от партийности: и с левоцентристскими правительствами, и с правоцентристскими. «Налаживание мостов» для Италии не просто оборот речи, но часть внешнеполитической идеологемы.

После прихода Маттео Ренци в Палаццо Киджи в феврале 2014 года во внешней политике Италии отсутствовала преемственность по российскому вопросу. С началом эскалации украинского кризиса в начале 2014 года Италия не делала громких заявлений относительно своей позиции, не стремилась наладить диалог с Россией. Первый телефонный разговор В.Путина с М.Ренци состоялся в конце апреля 2014 г. и носил формальный характер.

В начале 2015 года стало известно о предстоящем визите председателя Совета министров Маттео Ренци в Москву. До этого российский президент и М.Ренци встречались в Милане на полях саммита АСЕМ (где одной из главных тем обсуждения стала ситуация на Украине), а также ad marginem на саммите Большой Двадцатки в Брисбене.

Как и было анонсировано накануне, основными темами обсуждения в рамках визита М.Ренци в Москву стали ситуация на Украине и в Ливии. Если по Украине итальянское правительство разделяет общую позицию ЕС, поддерживая соблюдение Минского соглашения, то ливийский сюжет стал более важным для Италии. Связано это с нарастающей дестабилизацией в регионе, с экспансией сил «Исламского государства» на территорию Ливии. Италия и Ливия связаны между собой не только колониальным прошлым, но, в первую очередь, энергетическими интересами, а также проблемой нелегальной иммиграции. После наступления «арабской весны» интересы Италии в Ливии страдают: поставки газа и нефти, обеспечивающие около 15% потребности страны, находятся под угрозой, в то время как анфилады беженцев и нелегальных иммигрантов устремляются к итальянским берегам. На фоне ухудшения ситуации в регионе представители итальянского правительства заявили, что Италия готова отправить войска в Ливию под эгидой ООН для стабилизации ситуации. В ответ джихаддисты «ИГ» распространили в Интернете в сторону Италии, угрожая вторжением на её территорию и нанесением военного удара.

В этих условиях Маттео Ренци хочет заручиться поддержкой России, чтобы вовлечь её в урегулирование ситуации в Ливии. В целом Италия выступает за поиск возможного диалога внутри самой Ливии и за проведение миротворческой операции под эгидой ООН. Однако для проведения последней Италии необходимо заручиться поддержкой постоянных членов СБ ООН, в том числе и России.

Таким образом, напряжённая политическая обстановка представляет собой угрозу как для мирового сообщества, так и для Италии в частности. Это и одно из первых серьёзных испытаний для нового итальянского правительства, но также это и возможность выразить политическую волю и укрепить статус страны на мировой арене. В итальянской внешней политике прослеживается стремление к большей автономности, желание выработать и занять особую позицию в отношении ключевых вопросов мировой повестки дня. Налаживание диалога с Россией — шанс для Италии вернуть роль «моста» между Европой и Россией.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Российский совет по международным делам»
Распечатать страницу